(Шансон) Дина Верни - Блатные песни - 1999, MP3, 320 kbps

Соглашусь 100% со следующим: "Я впервые услышала эти песни в конце 70-х годов прошлого века, в какой-то жуткой перезаписи "из десятых рук". К тому же, как впоследствии оказалось, еще и далеко не полной. Причем песни Дины были записаны "поверх" концерта Аркадия Северного. Северный в те годы находился на пике своей популярности, и то, что первоначальный владелец бобины не пожалел его "затереть", говорило о многом. Испортить - и ради чего? Нескольких блатных песен в исполнении какой-то "подруги" явно эмигрантского толка? Мне и в голову не могло прийти, что поет эти песни баронесса и хозяйка художественной галереи, жена французского скульптора Майоля, женщина, дружившая с Пикассо и Матиссом. И к тому же исключительно богатая, даже по их западным меркам. Но тогда ни я, ни мои друзья не знали даже ее имени, не то что - биографии. А вот те песни, что она пела, благодаря ее очень необычной и в то же время простой манере исполнения, сразу же запали в душу. Многие из них были мне знакомы, правда, в несколько других вариантах, а некоторые были услышаны впервые. С тех пор слова их для меня неотделимы от голоса Дины Верни". Естественно задаться вопросом: почему вдруг такая блистательная женщина решила спеть и записать на пластинку эти песни? Может быть, дело в ее русских корнях? "Я - француженка, но во мне течет русская кровь", - любит повторять она. В 1926 году, когда Дина Верникова приехала вместе со своими родителями в Париж, ей было всего 7 лет. В Россию она попала только в 1959, в сорокалетнем возрасте. К этому времени ее имя уже хорошо известно на Западе. У нее уже есть своя художественная галерея, прекрасное собрание живописи и скульптуры. В 1951 году Дина Верни организует первую персональную выставку художника Сержа Полякова, который, кстати говоря, прекрасно играл на гитаре и аккомпанировал Дине, когда она пела цыганские романсы. И вот Москва конца 50-х. После смерти Сталина прошло всего несколько лет. Первые ростки свободы. Из лагерей возвращаются политзаключенные, среди которых много творческой интеллигенции. Новое время - новые песни: Юз Алешковский пишет "Товарища Сталина" и "Окурочек", скоро появятся первые записи Высоцкого, Галича, Окуджавы, других авторов. Художники-нонкомформисты уже создают свои первые шедевры. Снимаются фильмы и печатаются книги, совершенно немыслимые еще каких-то пару лет назад. Тем не менее, первые впечатления о Москве у Дины Верни были отнюдь не восторженные. Человеку, привыкшему к шикарным европейским салонам, трудно понять прелесть общения и выставок в коммунальных кухнях. Она уезжает с тяжелым настроением в душе, пораженная отсутствием настоящей творческой свободы. Уезжает без всякого желания вернуться. Но через несколько лет всё-таки снова едет в Москву. Не только и не столько за картинами, а чтобы понять саму природу творчества, развивающегося в условиях противопоставления диктату официального искусства. Дина знакомится с лучшими художниками-авангардистами: Кабаковым, Булатовым, Янкелевским, Рабиным. Встречается с диссидентами. И при каждой встрече поются песни. "Очарование языка, юмор, тоска и жестокая сила в этих песнях создают неповторимую поэзию, где грубость граничит с нежностью. Обычно их исполняют от лица заключенного, сидящего далеко-далеко. Но его песня летит,подобно ласточке, преодолевая огромные пространства", - так она сама позже прокомментирует их в аннотации к своей пластинке. И вот неутомимая коллекционерка, владелица множества коллекций, в числе которых две совершенно неординарных - куклы всех времен и народов и экипажи (в этом собрании есть даже карета Шатобриана), решает создать еще одну - блатных песен. Ведь эти песни - тоже неотъемлемая часть советской культурной жизни. Но возникает проблема: как вывезти их из страны? На бумаге или на магнитной ленте не подходит - Дину уже несколько раз вызывали в КГБ по делам диссидентов, вполне возможен обыск на границе. Тексты песен - конечно, не сочинения Солженицына или Синявского, но все равно - явная, по тем временам, антисоветчина. И Дина Верни учит песни наизусть. За короткий срок было разучено 24 песни, 13 из них впоследствии и составили пластинку. Не знаю, насколько этот альбом пользовался успехом во Франции, а на просторах бывшего Советского Союза пластинка давно уже стала раритетом. Не так уж много экземпляров попало к нам контрабандой. Но, тем не менее, ее до сих пор слушают и переписывают друг у друга знатоки и любители настоящего фольклора. И не только слушают. Время от времени, некоторые, причем даже известные, исполнители пробуют "перепеть" песни с этого альбома. И пусть делают это в современной аранжировке, и пусть голоса у многих довольно приличные, но никому пока еще не удалось не то что превзойти, но и хотя бы повторить Дину Верни, которая просто спела эти песни так, как они были когда-то услышаны ею в тесных и прокуренных московских кухнях.